В начале марта на прилавках появилась книга российской фотомодели, телеведущей, певицы и филантропа Оксаны Фёдоровой «Создай свой личный бренд». Деятельность экс-сотрудницы органов внутренних дел и победительницы конкурса «Мисс Вселенная 2002» уже несколько лет связана с fashion-индустрией, а в 2017 году Фёдорова стала директором московского Музея моды. В интервью RT она рассказала о новой книге и поделилась планами по развитию музея. А также назвала женщин, которые её вдохновляли, вспомнила об опыте общения с Дональдом Трампом и объяснила свою позицию по вопросам «инстаграмных» стандартов красоты и борьбы с комплексами.

  • © Евгения Новоженина

— На прилавках появилась ваша новая книга «Создай свой личный бренд». Кому она адресована?

— Она адресована преимущественно женщинам, которые интересуются вопросами имиджа, стиля, самореализации. Прежде всего она для женщин, которые хотят добиться успеха в жизни, в общественной, профессиональной деятельности. Такая мотивационная история, которая обобщает мой личный опыт. Также я делюсь не столь широко известными фактами из моей биографии. Ну и конечно, мужчинам она тоже будет полезна — чтобы они больше понимали своих избранниц.

— Ваша предыдущая книга — «Формула стиля» — вышла в 2008 году. Изменились ли за это время ваши взгляды, понимание моды и стиля?

— Конечно, десять лет назад была совершенно другая история. И если бы я переиздавала книгу, то частично оставила бы тот материал. Но, допустим, дополнила бы современными, новыми графиками, фотосессиями.

Безусловно, время не стоит на месте. Сейчас оно очень, так скажем, сжато. За один год может смениться несколько стилей, взглядов или веяний. Безусловно, многое меняется, и мне захотелось сделать что-то иное — хотя этот материал был написан практически сразу за книгой «Формула стиля».

Как вы помните, в 2008-м был кризис, многие предприятия позакрывались. Кризис был в том числе в сфере издательского бизнеса, и выпуск следующей книги на некоторое время отложили. Буквально в прошлом году на одном из мероприятий я познакомилась с издательством — точнее, с его представителем. У нас зашёл разговор на тему какой-то новой истории, и я сказала: «Давайте не будем что-то изобретать, а переработаем тот материал, который у меня уже был создан». Его нужно было просто чуть-чуть осовременить и, может быть, дополнить какими-то новыми фактами из моей биографии, историями, личным опытом. Вместе с редакторами мы его доработали. Долго думали над названием — у меня был иной вариант.

— Мы находимся в Музее моды, директором которого вы являетесь. Чем он вас привлёк? В чём заключаются ваши главные достижения на этом посту?

— Мы буквально год назад переехали в эту красоту, чему несказанно рады. Если говорить о достижениях, это — одно из них. Музей моды действительно нуждался в новом дыхании, новых проектах, в переосмыслении деятельности этого учреждения. Предыдущие помещения он получил не так давно. Они, кстати, тоже находились в Гостином Дворе, но в другом месте.

Предложение работать в Департаменте культуры и возглавить Музей моды я получила неожиданно. Не то чтобы я с этой темой не связана: за несколько лет я выпустила девять коллекций под своей маркой. Но предложение о работе именно в таком руководящем ключе, конечно, для меня стало неожиданностью.

Я посмотрела предыдущий музей, посетила несколько выставок, прежде чем понять, куда двигаться дальше. Фонды музея небольшие, он достаточно молодой — чуть больше 15 лет — и нуждается в новом векторе развития. Мы стараемся расширять наш фонд, принимаем очень много ценных вещей в дар. Он небольшой, около трёх тысяч единиц. Для музея это очень маленькая цифра, но мы активно всё развиваем.

Мы масштабировали конкурс среди дизайнеров «Молодой кутюрье», который проводился несколько лет до моего прихода, стали работать с высшими учебными заведениями. Конкурс проводили уже на этой территории. В прошлом году мы впервые провели конференцию на тему моды и путей её развития в России. Открылись наши прекрасные помещения выставкой «Русский балет — мода навсегда», где были представлены совершенно уникальные работы — от Эдгара Дега до современных действующих декораторов и художников, таких как Борис Мессерер, Виктор Вольский. Были представлены костюмы Майи Плисецкой, Рудольфа Нуреева и работы на тему «Нуреев — наше всё».

Также мы показали современные костюмы Московского государственного хореографического училища имени Л.М. Лавровского. Была прекрасная презентация открытия. Зрители, побывавшие на выставке, своими глазами увидели, как проходят мастер-классы и репетиции хореографических танцовщиков и балерин. Очень интересно и завораживающе видеть не само выступление, а будто взгляд изнутри…

Мы получили массу положительных отзывов. Выставку посетили и Светлана Немоляева, и ведущие артисты Большого театра — Игорь Цвирко, Элеонора Севенард, Артём Овчаренко, Анна Тихомирова. Пришли многие деятели, связанные с балетным искусством — в том числе и критики. Это очень красивый проект, наш первый проект, и дался он нам нелегко. Но оно того стоило. Мы планируем расширять деятельность музея, проводим мастер-классы, всевозможные лекции на разные темы. Сейчас музей закрывается на косметический ремонт — мы хотим его немного обновить, чтобы он задышал свежестью, и в перспективе проводить там международные проекты. Мы ведём переговоры с несколькими музеями за рубежом. Я надеюсь, в таком ключе музей и будет развиваться.

Моей главной миссией, наверное, было дать ему новую жизнь, набрать перспективную команду с горящими глазами, которая хочет работать и показывать моду и Москву со стороны искусства, дизайна. То есть посмотреть чуть глубже на моду как таковую. Мне кажется, мы на правильном пути. Безусловно, очень сложно начинать, но, слава богу, у нас шаг за шагом всё меняется. 

«Комплексы у меня были и есть»: Оксана Фёдорова о любви к себе, «инстаграмных» стандартах красоты и общении с Трампом

  • © Евгения Новоженина

— Вы вдохновлялись кем-то из знаменитостей в самом начале карьеры, когда ещё искали собственный образ и стиль? Кто для вас является эталоном стиля, красоты, женственности?

— Это был тернистый путь. В юности учителей не было. Если вы спросите, думаю, многие скажут, что ошибались, набивали шишки. Только сейчас я начинаю уже осмысленно понимать свой стиль, природу. Без этого понимания невозможно работать с самопрезентацией и своим стилем. Сперва нужно понять себя. Но прежде, чем это произойдёт, случится масса всевозможных событий. Безусловно, были и какие-то промахи.

Я вдохновлялась разными женщинами — как нашими, так и иностранками, журналами, газетами, своей практикой в качестве модели. Тогда я работала за рубежом. И, в принципе, с этого начался мой внутренний творческий поиск себя и своего внешнего вида.

Безусловно, большое влияние на меня оказала Софи Лорен. Мне почему-то и мама всегда говорила, что у нас есть общие черты. В этом же образе меня видела Екатерина Рождественская, с которой я делала проект в журнале «Караван историй». Естественно, я русская женщина, у меня более мягкие черты лица. Но что-то было общее.

Софи Лорен вдохновляла меня не только своим стилем — это слишком однобоко. Человека нужно рассматривать с разных сторон, не только со стороны внешности. Конечно, деятельность должна проявляться, внутренняя харизма, характер. Для меня Софи Лорен была примером женщины, которая правильно воспользовалась своей удачей, своим случаем. Он сначала привёл её на конкурс красоты «Мисс Италия», потом была чудесная встреча с мужем. Она успешно реализовала себя, выстроила карьеру, долго боролась за любовь, родила прекрасных детей. В принципе, у неё всё в жизни получилось.

Есть у меня ещё одна любимая женщина — Мишель Мерсье, актёрскими работами которой я вдохновлялась. Судьба так сложилась, что мы с ней виделись на фестивале детского и семейного кино, который я вела. Он проходил на Пушкинской площади, в нашем зале мюзиклов. Мы так долго разговаривали! Она мне рассказывала, что её образы сбивали, испортили ей личную историю.

Грань здесь очень тонкая. Олицетворяя образы своих героинь, важно найти себя в реальной жизни. Зачастую это очень сложно.

Есть и российские женщины, которые действительно нашли себя, свой образ, стиль. Это Рената Литвинова, Юлия Высоцкая, которая меня вдохновила и, несмотря на то что она актриса, нашла себя в совершенно иной области. И это прекрасно дополняет её актёрский талант. Много ещё можно имён назвать. Алёна Долецкая: это женщина, которая меня вдохновляет как профессионал своего дела, такая self-made strong woman (сильная женщина, самостоятельно добившаяся успеха. — RT). Наверное, каждая из них что-то дала мне для формирования моего образа.

— В последнее время через соцсети, особенно через Instagram, транслируется определённый шаблон красоты: широкие брови, маленький нос, пухлые губы, острые скулы. Как вы относитесь к таким стандартам, образам, шаблонам? Они в каждом поколении присутствуют. Стоит ли молодым девушкам слепо следовать за ними? И как всё же не потерять себя в этом?

— В вашем вопросе заложен ответ. В слове «слепо» заключено всё. Безусловно, слепо следовать «инстаграмным» веяниям из виртуального мира не стоит. Не стоит тем женщинам, тем личностям, которым есть что сказать этому миру и которые хотят совершенствоваться и развиваться. Меня иногда спрашивают, что лучше — быть красивой или умной? Я говорю: умной. Потому что умная женщина всегда найдет способ показать свою красоту, быть красивой. Современное общество и взгляд, больше направленный на внешнюю красоту, диктует определённые стандарты. И девушки молодые хотят этому подражать. Не имея вообще к тому предпосылок, сделать большие губы, которые им не идут, широкие брови. Хорошо, если они вам подходят. А если при этом стирается ваша личность и харизма куда-то исчезает, лучше этого не делать. Пускай у вас будет своя изюминка.

Мне кажется, далеко с искусственным образом ты не продвинешься. Всё равно нужно иметь характер, мозги, цели.

Мне было крайне важно, чтобы меня воспринимали серьёзно. Я поступками, делами доказывала свою состоятельность. Думаю, у каждого в процессе становления есть период, когда нужно доказать не столько миру, сколько самой себе, что помимо внешних данных в нём есть что-то больше и глубже. И у меня был такой период. Сейчас он как-то уже отходит — как пройденный этап.

У меня период, когда мой опыт начинает выходить и транслироваться в социум. Накопленные таланты, период обучения, мои цели, мои желания. И я бы не советовала девушкам так рьяно следовать этим «инстаграмным канонам». Можно что-то улучшить, подправить — без этого никуда. Образ в любом случае должен отвечать духу времени, быть современным. Но нужно, чтобы понимание себя не отставало от внешней коррекции.

Когда я встречаюсь с молодёжью, то вижу, что в большинстве своём наши современные девушки — умные, интересные, начитанные. На самом деле искусственного очень мало. И это только очень-очень маленький процент, который кажется большим. Просто оно широко видно и притягивает внимание. Конечно, больше женщин, которые имеют свои индивидуальные качества.

«Комплексы у меня были и есть»: Оксана Фёдорова о любви к себе, «инстаграмных» стандартах красоты и общении с Трампом

  • © Кирилл Каллиников

— У многих женщин есть определённые проблемы с принятием себя и любовью к себе. Как вы думаете — почему?

— Я могу сказать на своём опыте. У меня тоже были вопросы с принятием себя несмотря на то, что тебя вроде бы признал весь мир с точки зрения внешних качеств. Мало того, я ещё училась в Университете МВД: казалось бы, с точки зрения карьеры и развития тоже есть признание. Тем не менее комплексы были и есть. От них, наверное, на 100% не избавиться — да и не нужно. Их нужно контролировать. Потому что наши комплексы, страхи — такая лестница: преодолевая их один за другим, мы продвигаемся в своём развитии.

Совершенствовать бесконечно мы можем только себя. И это интересно: работать со своим внутренним миром, изучать себя, проявлять в разных сферах, находить в себе какие-то новые качества, таланты. Мне кажется, это здорово. И хорошо, когда, несмотря на то что ты имеешь комплексы, у тебя есть смелость пойти на риск.

Что вызывает комплексы? Конечно же, это оценочные суждения. Откуда они берут свою жизнь? Из детства. Когда нас всё время одёргивают родители: это не делай, туда не ходи, тут холодно, это не ешь, одевайся теплее… Постоянное одёргивание. Когда это происходит изо дня в день много лет, человек, достигая переходного возраста, хочет от всего этого избавиться. Уйти от родителей, найти работу, быстрее поступить учиться. Мне кажется, это одна из причин.

Бывают конфликты в семье. Бывают неполные семьи, когда мама растит сыновей. Ребёнок не получает должного воспитания с двух сторон, мужская сторона страдает — так же, как и женская в неполной семье. Мне кажется, это всё из детства.

Естественно, дети — плод своих родителей. Какие-то черты характера, даже внешность, с которой мы приходим в эту жизнь, заложены изначально. И в какой-то момент эта совокупность мешает нам жить свободно, действовать. А потом — наши страсти, приобретённые в жизни. Вредные привычки: лень и так далее… Самая главная победа — над своими страстями. Только тогда ты можешь почувствовать жизнь в своей полноте.

Плюс, когда ты становишься профессионалом, безусловно, мешает оценочное суждение. Хорошо, если тебе не страшно, а даже если страшно — ты делаешь шаг вперёд. Нужно всё равно идти вперёд, если у тебя есть цель. Если твоё сердце отвечает, что это действительно нужно, — ты должен в этом направлении двигаться, несмотря ни на что. Как можно сбить человека со своего пути? Сказать, что дело, которым он занимается, никому не интересно. Всё! У человека опускаются руки, он ничего не хочет, останавливается в своём развитии, перестаёт верить в себя.

Почему распространены сейчас мотивационные сессии, лекции, какие-то тренинги, мастер-классы? Чтобы дать человеку почувствовать, что он может осуществить свою мечту и достичь своих целей. Если что-то человеку мешает, то что? Я диагностирую это как некий страх, который мешает человеку сделать шаг вперёд. Но так устроена жизнь, она всё равно будет проверять силу твоего желания. А действительно ли тебе это нужно? Твоё желание — не плод твоего воображения? Не ложный престиж — «У других есть, и мне, значит, так надо»? Мне кажется, человек, который находит своё, очень сильный, его сбить практически невозможно.

— Вы сделали такой же шаг, когда уходили из органов внутренних дел? Или точно знали, что нашли своё?

— Для меня это было непросто. Я работала 12 лет в системе органов внутренних дел, четыре года даже совмещала это с работой на телевидении и, возвращаясь после конкурса, была уверена, что с публичной деятельностью связывать свою жизнь не буду. Сколько я ни получала предложений потом, всегда отказывалась.

Я вернулась в университет, защитила кандидатскую диссертацию, начала преподавать в университете с чёткой уверенностью, что хочу работать на кафедре. У меня была должность доцента, я была капитаном милиции.

Могу сказать так: эту профессию я не выбрала сердцем в детстве. Она была выбрана головой. У меня дед служил, прадед был начальником милиции Псковской области, и, видимо, этот фактор сыграл тогда главенствующую роль. Но сердце хотело иного.

Однако 12 лет — приличный срок, когда ты успеваешь привыкнуть к своей деятельности, укорениться. Тем не менее желание юности и детства всё равно потом проявилось. Не зря говорят: мы родом из детства. На всём этапе учебы и работы в мою деятельность входила модельная история, которая свалилась на меня тоже случайно.

Когда я училась в Академии МВД, ко мне на улице подошла женщина, предложила поучиться в модельной студии. Для меня это тогда был хороший заработок: я за три дня получала свою месячную зарплату вместе с пайковыми и должностными.

Я не рассматривала модельную историю как профессию. Это было хорошее подспорье. Но потом постепенно так стали складываться обстоятельства, и я перестала сопротивляться. Я поняла, что публичная история — это моё. Я от неё убегаю, а она всё равно меня находит.

Прошло полгода, как я вернулась после конкурса, начала преподавать. Мне позвонили, предложили вести детскую программу… Конечно, я посоветовалась с мамой. Она говорит: «Ты любила очень эту программу». В принципе, с неё всё и началось. И потом вошли в мою жизнь и другие проекты. В какой-то момент я поняла, что невозможно всё совмещать — чувствовала, что у курсантов иное восприятие меня, больше как публичного человека. Когда я приходила на занятия, на лекции, и меня стали спрашивать: «А как там Филипп Киркоров?» — я поняла, что всё. Это такой Рубикон, когда нужно принять решение, двигаться дальше и оставить за спиной службу, которая многому меня научила.

— В новой жизни вам пригодились знания и навыки, полученные за 12 лет?

— Обязательно. По требованию мужа я собираюсь за 45 секунд. То есть он меня не ждёт перед выходом! А если серьёзно — конечно, пригодились.

Я, как юрист, сейчас очень много работаю с документами — и в сфере общественной деятельности, и как руководитель Музея моды, и как индивидуальный предприниматель. Приходят разные договоры, и мне приходится с ними разбираться, вникать. И, безусловно, опыт и понимание этих юридических моментов играет большую роль.

— Не сожалели ли вы, что после победы на конкурсе не остались в Штатах?

— Да, была возможность продолжить свою деятельность и учёбу в Школе кино и телевидения в Нью-Йорке. И я понимала: если не прерву свой срок — останусь в Америке, потому что возвратиться через год в систему органов внутренних дел невозможно… Нужно было принимать решение — либо оставаться в Америке, либо прервать свой контракт и возвращаться в Россию. Другого варианта не было.

Подруги говорили: «Ни в коем случае сюда не возвращайся». Мама не могла на себя взять такую ответственность, сказала: «Это твоя жизнь — ты должна сделать для себя выбор». Я сделала выбор — вернуться на Родину, о чём не жалею, несмотря на сложности, непонимание.

Но могу сказать: мой супруг увидел меня по телевизору, и именно конкурсу я обязана этой встречей. Поэтому я не жалею. Слава богу, что так сложились обстоятельства, и я смогла этот трудный момент пережить и извлечь для себя пользу и определённые уроки.

— В тот период вы общались и с Дональдом Трампом. У вас наверняка сохранились какие-то впечатления о нём. Как вы сейчас воспринимаете его на посту президента США?

— Я воспринимаю его на посту президента достаточно адекватно. Это было неожиданно. Но, имея некий опыт общения и понимание его личности, характера, размаха, с которым он делал всё, в принципе, могу сказать, что это его история. Ему, так скажем, это подходит.

Меня Трамп поразил своей семейственностью. Он прекрасно общается со своими детьми. Я знакома и с ним, и с Иванкой Трамп, и с Меланьей (тогда ещё они не были женаты, только встречались).

Меня подкупило его внимательное отношение к семье. Этот человек — действительно семьянин, который уважает семью, заботится о сыновьях, о дочери. Он как-то всех собрал возле себя. Это показывает, что он человек с принципами и с пониманием. У меня остались приятные впечатления после общения с ним.

В период его предвыборной кампании звонили разные информационные агентства — BBC, CNN — с просьбой дать интервью, прийти на ток-шоу. Мне нужно было понять, информацию какого характера и какую подачу они хотят. В этом смысле они работают очень профессионально. Я поняла, что они были настроены против него, но мне даже нечего было сказать негативного, потому что в наших профессиональных взаимоотношениях как победительницы и хозяина конкурса он всегда проявлял себя достойным образом. Мне не в чем было его упрекнуть. Поэтому как-то это в «снежный ком» не разрослось, слава богу.

Вашему благотворительному фонду «Спешите делать добро» недавно исполнилось десять лет. На ваш взгляд, насколько наши люди открыты к тому, чтобы оказывать помощь людям, оказавшимся в беде, маленьким детям?

— Я могу сказать, что традиции милосердия, благотворительности, меценатства у нас были развиты очень давно. В том числе и в дореволюционной России. Эта тема всегда была близка русскому духу и русскому человеку. Но в какой-то момент безвременья это ушло на задний план.

Нужно сказать, что благотворительность вошла в мою жизнь после победы на конкурсе. Он повернул мою жизнь на 180 градусов и отозвался в моей душе. Сначала меня, как ведущую детской программы, пригласили быть послом доброй воли ЮНИСЕФ, когда офис действовал на территории Российской Федерации. На протяжении нескольких лет я была партнёром, потом послом доброй воли.

Мы открыли первый российский хоспис в Санкт-Петербурге и лагерь миротворчества и толерантности в Махачкале. Я посещала разные конференции, ездила несколько раз в Африку с благотворительной миссией, с прививками — в общем, с пропагандистской деятельностью.

И я видела в этом особый смысл. То есть поняла, что моя публичность — не просто так, не только ради самолюбования. Раз так сложились обстоятельства, ты должен жизни что-то отдать. Через какое-то время я поняла, что у меня уже накопился опыт и нужно было мою благотворительную деятельность направить в определённое русло, структурировать — выбрать программы, по которым мне бы хотелось развиваться в сфере благотворительности. Так я создала фонд. В прошлом году мы отметили его десятилетие.

Полную версию интервью с Оксаной Фёдоровой смотрите на RTД.

Источник

Добавить комментарий