Выставка в Тейт в Сент-Айвзе иллюстрирует его теорию «искусства для современного мира»

Наум Габо вернулся в тихую гавань британского Сент-Айвза

Наум Габо вернулся в тихую гавань британского Сент-Айвза

Наум Габо. «Пространственная конструкция с кристаллическим центром». 1938–1940. Фото: The Work of Naum Gabo © Nina & Graham Williams / Tate, 2019

История прибрежного городка Сент-Айвз в графстве Корнуолл в ХХ веке оказалась тесно связана с искусством. Первым этот тихий тогда рыбацкий поселок облюбовал знаменитый английский керамист Бернард Лич. В 1920 году он приехал сюда с коллегой из Японии, Сёдзи Хамадой, и организовал первую в Европе керамическую мастерскую с традиционной японской печью для обжига. В 1928 году здесь появились и первые художники: Бен Николсон с женой Винифред, тоже художницей, и рано ушедший из жизни талантливый художник-самоучка Кристофер Вуд. Они основали в поселке нечто вроде художественной колонии. Здесь они познакомились с бывшим рыбаком Альфредом Уоллисом, тоже художником-самоучкой, открыв его и для лондонской публики. Накануне Второй мировой войны, летом 1939 года, Николсон вернулся из Лондона в Сент-Айвз уже со второй женой, скульптором Барбарой Хепуорт, которая после развода с мужем осталась здесь насовсем.

Наум Габо вернулся в тихую гавань британского Сент-Айвза

Наум Габо. «Линейная конструкция №2». 1970-71. Фото: The Work of Naum Gabo © Nina & Graham Williams / Tate, 2019
 

Но самым неожиданным гостем Сент-Айвза стал друг Николсона и Хепуорт Наум Габо (1890–1977). Ему, одной из ключевых фигур русского авангарда, и посвящена выставка Тейт в Сент-Айвзе, самая крупная в Великобритании за последние 30 лет. Отправной темой для нее стал «Реалистический манифест» (1920) Наума Габо и его старшего брата Антона Певзнера (чтобы избежать путаницы, Наум в 1915 году сменил фамилию). Опубликованный в Москве манифест провозглашал пространство и время главными категориями в искусстве. 

Для Наума Габо, который до того как стать художником, в Мюнхене изучал медицину и естественные науки, понятие «реализм» означало, что искусство должно базироваться на достижениях науки и техники. Только так оно сможет говорить с современным обществом на его языке и влиять на него. «Он хотел изъять искусство из музея как храма для избранных», — говорит сокуратор выставки Сара Мэтсон. 

Наум Габо вернулся в тихую гавань британского Сент-Айвза

Наум Габо. «Голова №2». Увеличенная версия. 1964. Фото: The Work of Naum Gabo © Nina & Graham Williams / Tate, 2019

На выставке около 80 произведений Габо из коллекции Тейт и берлинских собраний, иллюстрирующих его теорию «искусства для современного мира». Это кинетические конструкции, чудом сохранившиеся хрупкие объекты из плексигласа и нейлона, архитектурные наброски высотной вертолетной площадки и Дворца Советов в Москве, эскизы к балету труппы Сергея Дягилева «1927».

Интересно, что, будучи скульптором и дизайнером, Габо в своих полупрозрачных и прозрачных конструкциях стремился к дематериализации массы. «Главной для него была сама концепция произведения, а не его реализация, — рассказывает куратор, — потому что всю свою жизнь он провел на чемоданах, эмигрировав из России в 1922 году в Германию, затем во Францию, после в 1935-м в Англию, а в 1946 году в США. При этом свои работы он разбирал, упаковывал в плоские планшеты, чтобы затем снова их собират на новом месте». В наш цифровой век выставка Габо «позволит лучше понять его концепцию пространства и времени», надеется Мэтсон. «Наверное, это звучит банально, но он действительно опередил свою эпоху». 

Тейт в Сент-Айвзе
Наум Габо
До 3 мая

Источник

Добавить комментарий